Эмбер Кейс: Мы все превратились в киборгов

«Мы эволюционируем благодаря технологиям, — говорит Эмбер Кейс, — превращаясь в уткнувшуюся в экран монитора, приросшую к клавиатуре новую версию человека разумного». Сейчас мы полагаемся на наш «внешний мозг» (мобильные телефоны и компьютеры) в плане общения, запоминания, у нас даже есть параллельная жизнь в социальных сетях. Но в конечном итоге, объединят нас ли эти машины или поработят? Кейс предлагает интересный взгляд на нашу сущность как киборга.

TED from Voice Fabric on Yandex.Video

Мне хотелось бы вам всем сказать, что вы все уже киборги, но киборги не в том смысле, в котором вы думаете. Вы не Робокопы и не Терминаторы, но вы становитесь киборгами всякий раз, когда вы смотрите на экран монитора или используете какое-нибудь мобильное устройство. Итак, что такое киборг? Вот традиционное определение: это организм, «к которому были добавлены экзогенные компоненты для приспособления к новым внешним условиям." Это из статьи про космические путешествия от 1960 года. Потому что, если задуматься, то космос — это очень странное место, люди не приспособлены для нахождения там. Но люди любопытны, и им нравится добавлять к телу всякие штуки, так что сегодня они могут забраться в Альпы, а завтра превратиться в рыб, плавающих в морях.

Давайте посмотрим на общие представления традиционной антропологии. Кто-то приезжает в другую страну, и говорит: «Какие замечательные люди, какие у них интересные инструменты, какая необычная культура." А затем будет написана статья, и возможно, ещё какие-то антропологи прочитают её, и мы решим, что это ни на что не похоже. И вот мы внезапно открыли новый вид. Я, как антрополог, изучающий киборгов, вдруг поняла: «Ух, ты! Как-то неожиданно мы с вами стали новой формой человека разумного. И посмотрите на эти необычную культуру. Посмотрите на эти удивительные ритуалы, которые все выполняют с этими технологиями. На кнопочки нажимают, на экран безотрывно глядят».

Почему же я занимаюсь именно людьми-киборгами, а не традиционной антропологией? И причина заключается в том, что использование орудий с самого начала, в течение многих тысяч лет, было связано с физическим видоизменением самого себя. Это помогло нам расширить наши физические возможности: передвигаться быстрее, бить сильнее, и у этих способностей есть определённый предел. Но сейчас мы с вами видим не расширение наших физических возможностей, а расширение нашего ментального я. И благодаря этому у нас есть возможность перемещаться быстрее, общаться по-другому. И еще получилось так, что мы все носим с собой маленькое устройство в стиле Мэри Поппинс: можем вложить в него все, что мы хотим, и оно от этого не потяжелеет, а затем мы можем достать из него все что угодно. Что находиться внутри вашего компьютера? Ну, если вы это напечатаете, это будет выглядеть как материалы в несколько тысяч кило весом, которые вы таскаете с собой повсюду. И если вы вдруг потеряете эту информацию, это будет означать, что у вас она внезапно пропадет из головы, что вы внезапно почувствуете, что чего-то не хватает, и так как вы не можете eё обнаружить, вы испытываете странные чувства.

Ещё мы наблюдаем появление вашего второго я. Нравится вам это или нет, вы начинаете появляться онлайн и люди общаются в вашим вторым я, когда вы не в сети. Поэтому вам нужно быть осторожным и не оставлять вашу передовую (так можно назвать стену Фэйсбука — это похожие понятия) открытой, чтобы люди не писали на ней среди ночи. И вдруг нам приходиться обслуживать наше второе я. Нам нужно представлять себя в цифровом мире точно так же, как мы это делаем в нашей обычной жизни. И так же, как мы просыпаемся, принимаем душ, одеваемся, нам нужно научиться делать подобное и для нашего цифрового я. И проблема заключается в том, что сегодня многим людям, в особенности подросткам, приходиться проживать два периода взросления. Им нужно пережить настоящий подростковый возраст, что само по себе ужасно, а затем они проходят через взросление своего второго я. И это ещё кошмрнее, потому что существует история всего, что они делали онлайн. И пока вы не освоились с технологиями, вы тоже оказываетесь онлайн-подростком. И это ужасно, и пройти через это реально сложно.

Когда я была маленькой девочкой, мой папа каждый вечер садился со мной и говорил: «Я расскажу тебе о времени и пространстве в будущем." И я отвечала: „Здорово“. И однажды он спросил: " Какое наикратчайшее расстояние между двумя точками?» Я ответила: «Ну, это прямая. Ты говорил мне об этом вчера." Я подумала, какая я умная. Он сказал: «Нет, это не то. Есть лучше вариант." Он взял листок бумаги, нарисовал, А на одном конце и Б на другом, и сложил концы так, что точка, А и Б соприкоснулись. И он сказал: «Вот самое короткое расстояние между двумя точками." И я закричала: «Папа, папа, как ты это сделал?» Он ответил: «Знаешь, ты просто складываешь пространство и время; для этого требуется черти сколько энергии, но это делается так." И я сказала: «Я хочу так делать." Он ответил: «Ну что ж, давай." И так, когда я засыпала последующие 10–20 лет, я каждую ночь думала: «Я хочу стать первым человеком, который изобретет пространственно-временные туннели для того, чтобы вещи приобретали большую скорость. И я хочу создать машину времени." Я отсылала сообщения будущей себе, используя магнитофон.

Но затем я осознала, когда попала в колледж, что мы совершенствуем технологии не только потому, что они работают, мы совершенствуем их, потому что люди их используют, и они сделаны для людей. И я начала изучать антропологию. Когда я писала свою диссертацию по мобильным телефонам, я осознала, что все вокруг носят пространственно-временные туннели у себя в карманах. Люди перемещали себя не физически, они перемещали себя ментально. Они нажимают кнопку, и тут же соединяются, как, А и Б. И я подумала: «Ура! Я нашла это. Это круто.»

Со временем время и пространство сжались благодаря этому. Вы можете, стоя на одном конце земного шара, прошептать что-то и вас услышат на другом краю света. Ещё одна мысль, которая приходит в голову — на каждом устройстве, которое вы используете, у вас разный тип времени. Каждая закладка в интернете представляет собой разный тип времени. И поэтому мы начинаем копаться в нашей внешней памяти — где же мы их оставили? Вообщем, мы все как какие-нибудь палеонтологи копаемся в поисках вещей, которые были утеряны в нашем внешнем мозге, который мы носим с собой в кармане. Это приводит к появлению «панической» архитектуры: о, нет, где же эта вещь? Мы все как в кино «Я люблю Люси» на великом сборочном конвейере информации, и мы никак не успеваем.

И вот что происходит, когда мы переносим это в нашу социальную сферу, — мы все время проверяем наши телефоны. Мы получили вещь, называемую «внешней близостью." Это не означает, что мы всегда на связи со всеми, но в любое время мы можем связаться с тем, с кем нам захочется. И если бы была возможность персонифицировать все контакты в вашем мобильном, в комнате было бы не протолкнуться. Это все люди, с кем бы вы могли связаться прямо сейчас, в общем, все эти люди -это все ваши друзья и члены вашей семьи, с кем вы можете связаться.

Все это приводит к некоторым психологическим эффектам, один из которых меня весьма беспокоит. Люди не тратят больше времени на размышления, они не снижают темп и не останавливаются, находясь в комнате со всеми этими людьми, которые всё время борются за их внимание на синхронных интерфейсах — сплошная палеонтология и «паническая» архитектура. Они лишь сидят не здесь. В действительности, когда у вас нет внешнего поступления информации, это время, когда вы создаете себя, когда вы можете произвести долгосрочное планирование, когда вы можете попробовать определить, кто вы есть на самом деле. И тогда, когда вы это сделаете, вы сможете понять, что вам нужно для вашего второго я в перспективе, вместо того, чтобы просто хвататься за дела в последнюю минуту — ой, мне надо сделать это, и это мне надо сделать, и вот это надо. Поэтому это очень важно. Меня очень волнует то, что, в особенности у нынешних детей, не будет этого времени для раздумий, у них культура мгновенного нажатия на кнопку, все доступно им, и им это очень нравиться, и они на это подсаживаются.

Если задуматься, мир тоже не стоит на месте. У него свои внешние вспомогательные устройства, и эти устройства помогают нам всем общаться и взаимодействовать друг с другом. И если это визуализировать, все контакты, которые мы сейчас осуществляем — получится образ отображения информации в Интернете. Это выглядит не технологично, скорее это выглядит очень органично. Впервые во всей истории человечества мы связаны таким образом. И это не машины встали над нами, они помогают нам стать более человечными, помогают налаживать контакты друг с другом.

Самая успешная технология отходит на второй план и помогает нам жить нашей жизнью. И в действительности в конце концов она приобретает качества, больше свойственные человеку, чем технологии, потому что мы всё время обоюдно влияем друг на друга. И это важный момент, который мне нравится изучать: все эти замечательные вещи, которые представляют собой человеческое взаимодействие, но которое происходит по-иному. Мы увеличиваем потенциал человеческих возможностей и способность взаимодействовать друг с другом, независимо от географического местоположения. Именно поэтому я изучаю кибернетическую антропологию.

Спасибо.

TED.com
Перевод: Ekaterina Lukyanova
Озвучено: Центр речевых технологий