Патриция Райан: не настаивайте на английском!

На конференции TEDxDubai Патриция Райан — учитель английского с большим стажем — задаёт животрепещущий вопрос: не мешает ли популярность английского языка в мире распространению великих идей на других языках? (К примеру: что, если бы Эйнштейну пришлось сдавать TOEFL?) Это страстная речь в защиту перевода и распространения идей.

TED from Voice Fabric on Yandex.Video

Я знаю, о чём вы подумали. Вы подумали, я заблудилась и сейчас кто-нибудь выйдет на сцену и вежливо проводит меня на место. (Аплодисменты) Я постоянно сталкиваюсь с этим в Дубае. «На выходные приехали, милочка?» (Смех) «Детей навестить?» «Как долго пробудете?»

Собственно говоря, надеюсь, ещё немного пробуду. Я жила и преподавала в районе Персидского залива более 30 лет и… (Аплодисменты) И за это время видела много перемен. Вот шокирующая статистика: (Языки в мире. Сегодня: 6000 Через 90 лет: 600) И я хочу поговорить сегодня о вымирании языков и о глобализации. Я хочу рассказать о своей подруге, преподававшей английский взрослым в Абу-Даби. В один прекрасный день она решила привести их в сад, чтобы научить словам, связанным с природой. Но в итоге сама начала учить все арабские названия местных растений и их применение — в медицине, косметике, кулинарии, при лечении травами. Откуда это узнали студенты? Конечно, от бабушек и дедушек или даже от прабабушек и прадедушек. Нет нужды говорить о том, как важна передача знаний от поколения к поколению.

Но сегодня, к сожалению, языки вымирают быстрее, чем когда-либо. Каждые 14 дней умирает один язык. В то же время бесспорно, что международным языком является английский. Есть ли тут связь? Я не знаю. Но я знаю, что видела много перемен. В мой первый визит в Персидский залив, я приехала в Кувейт. В то время, тут ещё были тяжелые условия. Ну не настолько давно. Немного позднее. Итак, Меня и ещё 25 учителей завербовал Британский Совет. И мы были первыми немусульманскими учителями в государственных школах Кувейта. Нас привезли учить английскому, потому что правительство хотело модернизировать страну и дать населению лучшее образование. И, конечно, Англия получила часть их прелестного нефтяного богатства.

Хорошо. Это самая большая перемена на моей памяти: преподавание английского языка превратилось из взаимовыгодного процесса в крупный международный бизнес. Теперь это не просто один из языков в школьной программе. И права на него принадлежат не только матушке-Англии. Оно стало популярно в каждой англоговорящей стране мира. И почему нет? В конце концов, лучшее образование — согласно последнему рейтингу международных университетов — можно получить в университетах Великобритании и США. И естественно, все хотят иметь английское образование. Но, если английский не твой родной язык, нужно пройти тест.

Справедливо ли это — не принять студента только из-за плохого знания языка? Возьмём гениального ученого в области вычислительной техники. Понадобится ему знания языка в той же мере, как юристу, например? Я так не думаю. Мы, учителя английского, отказываем им постоянно. Мы ставим знак «Стоп» и преграждаем им путь. Они не могут идти к своей мечте, пока не выучат английский. Теперь допустим, что я встретила человека говорящего только на голландском, у которого есть лекарство от рака, смогу ли я не пустить его в британский университет? Вряд ли. Но на самом деле так мы и поступаем. Мы, учителя английского — привратники. И нужно сначала доказать нам, что твой английский достаточно хорош. И это может быть опасно — давать слишком много власти узкой прослойке общества. [надпись с ошибкой: (прибл.) «курятник» вместо «КПП»] Возможно, барьер станет слишком универсальным.

Хорошо. «Но,« — скажете вы, — «как же исследования? Они все на английском." Так же, как и книги и журналы — все они на английском, и это неудивительно. Это реакция на спрос на английский язык. И так продолжается бесконечно. Я спрашиваю вас: что случилось с переводом? Возьмём золотой век ислама — в то время было множество переводов. Переводили с латыни и греческого на арабский и фарси, и далее переводили на германские и романские языки Европы. И свет знания освещал темные века Европы. Не поймите меня превратно, учителя английского, я не против преподавания английского языка. Мне нравится, что у нас есть международный язык. Он нам нужен сейчас, как никогда. Но я против использования его как барьера. Хотим ли мы на самом деле остаться с 600 языками и одним главным — английским или китайским? Нам нужно больше. Где же провести черту? Эта система приравнивает ум к знанию английского языка — и это весьма деспотично.

(Аплодисменты)

И я хочу напомнить вам, что гиганты, на чьих плечах стоит современная интеллигенция, не должны были говорить по-английски, им не нужно было сдавать тест по английскому языку. К примеру, Эйнштейн. Его, между прочим, в школе считали отсталым, ведь фактически он был дислексиком. Но к счастью для человечества, ему не нужно было сдавать тест по английскому. Потому что их не было до 1964 года, когда появился TOEFL, американский тест английского языка. Теперь они вошли в моду Есть множество тестов на знание английского языка. И ежегодно миллионы студентов проходят эти тесты. Мы с вами можем возразить, что эта плата за обучение невелика, но она становится преградой для миллионов бедных людей. И тогда мы отказываем им.

(Аплодисменты)

Вспомнился недавний заголовок в газете: «Образование: великое разделение» И я понимаю. почему люди предпочитают английский язык. Они хотят дать детям самые лучшие перспективы. А для этого нужно западное образование. Потому что, естественно, самая хорошая работа достаётся закончившим один из западных университетов, которые я показывала. Это замкнутый круг.

Хорошо. Позвольте рассказать историю о двух учёных, двух английских учёных. Они проводили эксперимент, связанный с генетикой и конечностями животных. Но не могли получить нужные результаты. Они не знали, что делать, пока не появился немецкий учёный, который понял, что они пользовались разными словами для задней и передней конечности, а для генетики нет различий, как нет их в немецком языке. И готово! Проблема решена. Если ты не можешь представить что то, ты в тупике. Но, если это можно представить на другом языке, тогда, объединившись, мы сможем достичь и узнать намного больше.

Моя дочь приехала в Англию из Кувейта. Она изучала естественные науки и математику на арабском. В арабской средней школе. Ей приходилось переводить свои мысли на английский в средней школе. И она была лучшей в классе в этих предметах. Это говорит о том, что, когда студенты приезжают к нам из-за границы, мы не всегда оцениваем по достоинству их знания, то, что они знают на своём родном языке. Когда язык умирает, мы не знаем, что мы теряем вместе с ним.

Не знаю, видели ли вы это на CNN недавно — они дали награду Героя CNN маленькому пастуху из Кении, который не мог учиться ночью в своей деревне, как другие деревенские дети, потому что керосиновая лампа коптила и дым резал глаза. Да и керосина всегда не хватало, потому что на доллар в день много не купишь. И он изобрел бесплатную солнечную лампу. И теперь дети из его деревни получают в школе такие же оценки, как дети, у которых есть дома электричество. (Аплодисменты) На награждении он сказал замечательные слова: «Дети могут вывести Африку из того состояния, в котором она сейчас: из темноты к свету." Это простая идея, но она может иметь большие последствия.

Люди без света — в буквальном или переносном смысле — не смогут сдать наши экзамены, и мы никогда не узнаем то, что знают они. Давайте дадим друг другу свет. Пусть разнообразие торжествует. Любите свой язык. Распространяйте с его помощью великие мысли.

(Аплодисменты)

Большое спасибо.

(Аплодисменты) «О, не один цветок, не теша глаз, В пустыне сиротливо отцветёт!» — Томас Грей

TED.com
Перевод: Олег Шмелев
Озвучено: Центр речевых технологий